Срочная новостьАстанчанка переоделась в мужчину и обокрала квартиру родственников

Галым Байтук: У нас не осталось неприкасаемых людей

Сейтказин Ардак

Специалист раскрывает закулисье блогосферы

Фото из открытых источников

Как развивается казахстанская блогосфера, существуют ли политические заказы, готовы ли блогеры платить налоги и помечать заказные посты – на эти вопросы корреспондентов Azattyq Rýhy ответил известный блогер, президент общественного фонда «Республика-Регион-Развитие» Галым Байтук.

– Кто такой блогер в вашем понимании?

– Блогер – это создатель контента в социальных сетях. Человек, который создает собственный контент в социальных сетях и на платформах является блогером.

– О чем чаще всего пишете? О том, что лично вас беспокоит, или оглядываетесь на тренды?

– Конечно, есть моменты, когда от души что-то хочешь написать, то есть это тебя задевает, или это происходит с твоим товарищем, знакомым, знакомым знакомого, у которого проблемы. Но ты определяешь возможности этой публикации, насколько она будет популярной. Все подряд писать тоже невозможно. Есть некая сетевая усталость, когда люди перестают обращать внимание на твои посты. Если ты пишешь только на одну тему, то люди начинают со временем забывать тебя читать, потому что ты пишешь одно и то же, и им становится неинтересно.

– Но вы все же очень часто пишете о проблемах предпринимателей…

– Озвучивать проблемы предпринимателей несомненно нужно. Однако, у нас все равно сохранился тот еще совковый менталитет, особенно у старшего поколения, когда предприниматель ассоциируется со «спекулянтом», «купцом», который работает только на себя. Защищать предпринимателей у нас пока не «модно». Если ты пишешь, то это должны быть какие-то «суперновости», которые вызовут определенную дискуссию. Мне часто пишут, что, допустим, закрыли магазин в ауле, помогите нам, что неправильно посчитали штраф и так далее. Я берусь, пишу об этом, но понимаете, во-первых, это не всегда бывает читабельно. Во-вторых, такие моменты лучше решать по телефону. То есть я чаще всего в таких ситуациях вначале звоню акиму области, прошу соединить меня с акимом района, переговариваю и решаю вопрос путем медиации. Потому что понимаю, что, если писать об этом, то это не «стрельнет». Потом акимы и другие чиновники ведь тоже читают наши посты, смотрят, а там всего набралось 100 или 50 лайков.  И они думают: значит неинтересно, будем дальше душить этого предпринимателя. А когда они не знают, сколько лайков в итоге наберется, и какая реакция потом будет на этот пост, то понимают, что лучше вопрос решить медиативно. А тут еще и из вышестоящего органа звонят, и тут уже другое решение сразу принимается. Поэтому иногда я еще и как общественный деятель пользуюсь своими инструментами, решаю вопрос через медиацию.

Потом еще знаете, что у крупных проблем бывают свои камни преткновения. Например, я защищаю предпринимателя, а в этом вопросе есть чиновники, которые заинтересованы в рейдерстве. Зачастую камнем преткновений, от которых нет абсолютно никакого фидбэка, являются наши суды. Сейчас у нас можно легко достучаться до Антикора, до МВД. Они сейчас стараются подобные вещи сразу зачищать, те, которые несут репутационные риски. Можно выйти на Службу экономических расследований, и даже на прокуратуру. Но на суды ты выйти никак не можешь. Они сразу начинают говорить, что на них оказывают давление. Если есть в деле какая-то заинтересованность судей, то это дело бесполезно пробить. Хоть Президенту США или в ООН пиши, но если человек из судебной системы заинтересован в том, чтобы придавить какого-то предпринимателя и участвовать в рейдерской схеме, то что-либо делать бесполезно. Они найдут 100 причин, чтобы не отвечать. А чтобы убрать такого судью, нужно пройти много инстанций.

Но в целом, если говорить, то блогеры сейчас задают тренды. Многие говорят, что время блогеров истекло, сейчас что-то новое появляется. Я не согласен, у блогеров еще будет много времени, и к ним прислушиваются. В Администрации Президента есть ежедневный дайджест по публикациям популярных блогеров, идет мониторинг, поэтому могу сказать, что блогеры сейчас на высоте и на коне.

– Возвращаясь к трендам. Какие темы интересуют сейчас пользователей соцсетей?

– Люди сейчас в основном читают хайпы, сплетни, фейки. Сейчас большую популярность набирают Telegram-каналы, которые без имен. Почему? Потому что многие воспринимают все эти сплетни за правду. Они думают, что, если в стране что-то не договаривают, то фейковые каналы пишут всю правду. У нас есть определенный круг читателей, которые любят это все читать и потом воспринимают это за истину в последней инстанции. Хотя эти фейковые каналы порой придумывают вообще несуразные вещи. Я ведь достаточно известный лидер общественного мнения, и люди иногда прочитав информацию на фейковых каналах, звонят мне и говорят: оказывается, это сделали, или то сделали. Я спрашиваю: а что ты в это веришь? Мне говорят, что нет, но просто интересно читать. Поэтому, я считаю, что с этими фейковыми каналами надо бороться. И в первую очередь включать голову, осознавая, что правда в их публикациях, а что ложь.

– В чем различие между блогерами пишущими для казахоязычной и русскоязычной аудитории? Как развиваются эти два сегмента?

– Это две разные вселенные. Они соприкасаются немного на политике, но в целом точек соприкосновений очень мало. Можно посчитать по пальцам блогеров, которые пишут сразу на двух языках, их очень мало. Мы чаще всего обсуждаем совершенно разные темы.

Казахоязычные блогеры могут обсуждать какого-то певца, который на казахском что-то не так сказал, а русскоязычные блогеры могут обсуждать ситуацию в Карабахе. Но среди казахоязычных есть сильные блогеры, которые собирают не меньше просмотров, чем русскоязычные. Потом русскоязычные у нас часто любят обсуждать внешнюю политику, внешние факторы. А казахоязычные все-таки больше сосредоточены на внутренних проблемах. То есть, если говорить о внешних факторах, то мы можем обсуждать все что угодно. Мы обсуждали Карабах, Беларусь, выборы в США, и это до сих пор в тренде. А у казахоязычных блогеров другие темы. Они все-таки более приземленные, они больше говорят о проблемах внутри страны. У меня часто спрашивают, а почему ты пишешь на русском о вещах, которые касаются каких-то национальных моментов. Я делаю это для того, чтобы все читали, чтобы об этом знали русскоязычные. Я могу писать и на казахском, но читать это будет только казахоязычная аудитория. Если же пишу на русском, то читают русскоязычные, другие национальности, читают казахи, которые не знают казахского языка. Моя миссия заключается в этом, чтобы донести до этой аудитории наши национальные проблемы, тренды, которые обсуждаются.

Я не знаю, какой сегмент в итоге окажется в выигрыше. Я думаю, что будут развиваться оба сегмента. Единственное, русскоязычный сегмент быстрее бежит за новыми веяниями. Многие сейчас уходят в вайнеры, многие тиктокерами становятся, в Telegram уходят. В это время казахоязычная аудитория пока еще в Facebook сидит, Instagram только осваивает. Я считаю, что и то и то хорошо. Когда казахи обсуждают внутренние проблемы, мне это приятно, потому что, кто, если не мы?

– Стали ли блогеры в Казахстане конкурентами официальных СМИ?

– Это официальные средства массовой информации считают нас своими конкурентами. Мы не считаем СМИ своими конкурентами. Блогосфера сама по себе развивается, и от нее никуда не уйти. Даже мэтры журналистики сейчас это понимают и сами заходят, пишут в Facebook, создают YouTube-каналы и так далее. Хотя всего пару лет назад все они свысока смотрели на блогеров. Сейчас еще много блогерского контента берут себе журналисты. Ведь какая-то «бомбическая» новость первым делом появляется у блогеров. У журналистов есть свои проблемы – это цензура, редактура и так далее. У блогеров такого нет. Он взял и написал. Вопрос только в том, за кого блогер? Если журналист не должен быть за кого-то, и должен объективно преподнести информацию, то блогеры могут отдать свою симпатию тому, кто больше им нравится. У журналистов такого не должно быть. Хотя и журналисты сейчас очень часто показывают свои симпатии, нарушая кодекс этики журналистов.

Мы не ведем никаких междоусобных войн. Но некоторые мэтры журналистики, наверное, думают по-другому, что мы заходим в их зону влияния, в их зону монетизации, но это уже другая история.

– Продолжая, так сказать, сравнительный анализ: переняли ли блогеры «привычку» журналистов касательно фактчекинга?  

– Конечно, какой-то фактчек проводится. Я, допустим, всегда смотрю, ищу информацию прежде, чем что-то написать, персоны какие-то просматриваю. Я так делаю, но за других не могу отвечать. Конечно, такой фактчек, как у журналистов не проводится. У журналистов ведь есть право писать запросы, проводить расследования. А блогеров даже в СЦК не приглашают. О каком фактчеке можно говорить?! В большей степени блогер пишет от души и сердца, как им кажется. Хотя может быть и этот ход тоже правильный, а другая сторона пусть доказывает свою правду.

– Тогда абсолютно логичным выглядит следующий вопрос: нужно ли, на ваш взгляд, регулировать деятельность блогеров на законодательном уровне?

– Я писал пост, посвященный этой теме. Я считаю, что это какое-то бессмысленное дело. Давайте разберемся, кто наш работодатель, на чьей платформе мы пишем. Допустим, мы пишем в Facebook. Зарегистрирован ли Facebook в Казахстане, как средство массовой информации? Наверняка нет. Мы пишем в Facebook, а это зарубежная платформа, как тогда нашу деятельность регулировать? Если бы мы вели блоги на платформах, которые зарегистрированы на территории страны, то нас можно было бы признать, как средство массовой информации. Давайте тогда определим нашу специальность, в университетах специальность откроем блогерскую, чтобы нас как-то регулировать. Мы вроде бы и есть, но нас нет в системе государственной. Как вы собираетесь нас регулировать?

– Готовы ли наши блогеры работать открыто? Помечать платные посты и платить налоги?

– Есть амбассадоры, которые рекламируют чемоданы, одежду, получают за это вознаграждения. У них есть ИП. Конечно, они должны платить налоги. Но, как человек будет платить, если он будет участвовать в каких-то информационных войнах? То есть, придет к нему какая-то компания, скажет, а давай мы тебе заплатим, но ты должен написать против определенной компании пост. Или придет аким и попросит написать что-то против другого акима. Ведь есть такие заказы! Не нужно на это закрывать глаза. Если есть спрос, то значит он рождает предложение. Поэтому, как блогер будет платить налоги? Какая должна быть строчка в бухгалтерских документах? Вброс против акима «лунного района», а заказчик министр?!

Если у нас появится закон о лоббировании, тогда уже будет легче. Допустим, компания или партия захотела что-то пролоббировать. Они нанимают блогеров. И тогда, да, блогеры будут платить налоги.

– Какова тенденция и перспектива развития казахстанской блогосферы?

– У нас блогосфера все больше уходит в политические дрязги. Тенденция, к сожалению, идет на негативизм. У нас не осталось неприкасаемых в кавычках людей. Всех у нас «замочили» – и космонавтов, и известных политологов, у всех оказались скелеты в шкафу. Бьют уже не только нарушителей, но и за кредиты, обсуждают долги, какие-то драки в молодости, выискивают что-то. Но ведь это есть у всех. Я еще не видел святого человека. Диплом, допустим, обсуждают, что у человека не красный, а он чем-то руководит, или может он развелся и женился во второй раз, и за это начинают душить. Сейчас идет некая люстрация всех известных в Казахстане людей. А замена им есть? Мы ведь ломаем даже своих исторических личностей. Абай не так писал, Кунаев не так сделал, что среди алашординцев кто-то был хорошим, а кто-то – плохим. Мы, к сожалению, не оставляем себе героев, так сказать опорных личностей.

Блогосфера будет развиваться, единственное, пока не знаю в каком направлении. Перспективы конечно большие. Сейчас вообще профессиональные журналисты переходят в блогосферу и становятся гражданскими журналистами. И мне кажется, что как раз гражданские журналисты смогут потеснить и официальные СМИ, и даже блогеров-самоучек. 

– Благодарю вас за беседу!

Алтыншаш СМАГУЛОВА

Вам будет интересно
Бекнур Кисиков: Рад, что антитабачные инициативы «Nur Otan» были услышаны
Строгий карантин Казахстану не нужен, и вот почему
Аскар Жоламанов: Испытываю гордость за нашу армию и ответственность