Срочная новостьКазахстанец женился на кукле, видео со свадьбы появилось в Сети

Во сколько казахстанцам обходится содержание заключенных?

Сейтказин Ардак

В тюрьмах мотают сроки около 24 тысяч человек

Фото автора, informburo.kz

Сколько денег у нас тратится из бюджета на образование, медицину, спорт и любую иную сферу, волнует если не всех, но многих, уж точно. Но есть учреждения, на которые выделяют миллиарды тенге. Эти средства, пожалуй, никогда не окупятся. О местах не столь отдаленных на высшем уровне практически не говорят. Если и говорят, то дозированно и скудно. Тем временем, тюрьмы получают баснословные деньги. На что они расходуются, во сколько налогоплательщикам обходится ежегодное содержание зэков, не оседают ли эти деньги в карманах надзирателей, как питаются заключенные, выяснял корреспондент Azattyq Rýhy.

Расходы поневоле

В Казахстане на данный момент работают 82 исправительных учреждения, в том числе 16 следственных изоляторов и одна тюрьма полной безопасности УК-161/12 в Аркалыке, Костанайская область. Это колония «Черный беркут», в которой отбывают наказание преступники, получившие пожизненный срок за совершение особо тяжких преступлений. 

По данным Министерства внутренних дел, на нарах сейчас находятся около 24 тысяч казахстанцев. А в следственных изоляторах содержатся около 5 тысяч человек.

И все бы ничего, но содержат убийц, педофилов, насильников, мошенников, грабителей законопослушные граждане.

«Республиканским бюджетом на содержание одного осужденного и следственно-арестованного лица предусмотрены расходы в день 2 854 тенге», - сообщили в Министерстве внутренних дел в ответ на официальный запрос агентства.

В итоге выходит такой расклад: в месяц на содержание только одного заключенного тратят 88,5 тысяч тенге. За год набегает сумма в 1 миллион 44 тысячи тенге.

Если суммировать расходы на всех, кто находится за решеткой, а это 29 тысяч человек, выходит сумма в 82 миллиона 766 тысяч тенге в день. А за год, без малого, 30 миллиардов 292 миллиона 356 тысяч тенге. На эти деньги можно купить больше 2 тысяч квартир в Алматы или столице (при стоимости жилья в 15 млн тенге).

Ежемесячные траты на зэков даже больше минимальной пенсии и зарплаты. Вот цифры для сравнения: величина прожиточного минимума в три раза меньше тюремных расходов, минимальная пенсия – в 2,5 раза меньше, а минимальная зарплата – в 2 раза. В среднем, государство тратит на осужденного в 2 раза больше, чем на среднестатистического добросовестного гражданина.

Эти средства, как сообщили в МВД, расходуются на бытовое содержание заключенных.

«Согласно норм, утвержденных Постановлением Правительства Республики Казахстан от 28 ноября 2014 года № 1255, осужденные обеспечиваются бесплатным питанием, одеждой по сезону, постельными принадлежностями, предметами личной гигиены, медикаментами», - пояснили в ведомстве.

Обстановка за решеткой

Не абсурдно ли тратить такие баснословные деньги на тех, на чьих руках чужая кровь, на чьей совести детские травмы? И вообще, действительно ли эти деньги тратятся по назначению? Юрист по уголовным делам Серик Айтбаев рассказывает, что питание на зоне несносное. В основном заключенные перебиваются «передачами» от родственников. Тюремную еду они называют «баландой».

Осужденные клиенты и арестанты рассказывали Серику Айтбаеву, что тюремное меню неразнообразное и питаться этими блюдами невозможно. В основном еда содержит жиры и крупы. Конечно, положено мясо, рыба и другие продукты, прописанные в санитарных правилах и нормах, по которым должны кормить заключенных, отмечает юрист, но по факту их так не кормят. Кто должен за этим следить, юристу сказать сложно.

Серик Айтбаев также считает, что на 2 854 тенге можно полноценно накормить человека, но вряд ли эти деньги тратятся на питание. 

«Условно говоря, если округлить, взять 3 тысячи тенге на завтрак, обед и ужин, получается, что, в принципе, можно за эти деньги прокормить человека, но вряд ли их кормят на эти 3 тысячи тенге, потому что люди питаются «передачами». Вот я сегодня был в СИЗО, мой клиент говорит мне: «Принесите мне еду, пусть мне родственники передадут еду». То есть в основном все питаются такой едой», - подчеркивает юрист по уголовным делам.

По его мнению, за плохими пайками могут стоять недобросовестные поставщики услуг.

«Человек участвует в госзакупках, предоставляет документы, что он соответствует санитарным нормам, его оборудование, персонал, например, повар 1 разряда, заведующий этой столовой. Участвует в конкурсе и по ценовым предложениям выигрывает. Я вам так скажу, у нас есть спор даже. В Алматы недавно был конкурс по госзакупкам на кормление инвалидов. Сумма – порядка 200 миллионов тенге только по одному дому инвалидов. Этот конкурс постоянно выигрывают одни и те же люди. Здесь, мне кажется, нужен народный контроль. Когда разговаривали, мне говорили: «Нам не нравится, он плохо кормит, бывают несвежие продукты, мы не можем от него избавиться», - говорит Серик Айтбаев.

С медициной в тюрьмах ситуация не лучше, говорит спикер. Заключенные получают минимальное медицинское обслуживание и лечение. Тюрьма - это бетон, железо и сырость. В таких условиях простуда неизбежна, заболевания опорно-двигательного аппарата. Захворавших зэков лечат по минимуму, чтобы состояние не ухудшилось, отмечает Серик Айтбаев. Если требуются какие-то лекарства стандартные, то дают. На рентген, МРТ и другие серьезные обследования вывозят. Но основная часть заболевших получает минимальное лечение. При этом эксперт затруднился ответить, много ли заключенных умирают за решеткой.  

«Это сложно сказать. Надо выяснять по каким причинам умерли люди. Если он сильно больной, его стараются «выписывать» из тюрьмы, чтобы он умер за ее пределами. А те, кто там помирают, статистика такая, что там его убили другие заключенные, либо он покончил жизнь самоубийством. А те, что по болезни, такая статистика, конечно, закрытая», - сообщил юрист.

Тюремные робы, предполагает спикер, обновляются раз в год. При этом приличными он бы их не назвал.

«Наверное, раз в год меняют. У них у всех есть прописанная форма. Конечно, одежда плохая, не соответствует минимальным требованиям. Но так заведено во всем мире, не только у нас. Поэтому говорить о том, что они будут там из хлопка, несинтетических материалов, конечно, необходимо такую одежду иметь, но как бы общество само на этом не настаивает и считает, что, если человек несет наказание за преступление, то он должен быть стеснен. Вот такая двойственная позиция получается. С одной стороны, надо соблюдать стандарты, но, тем не менее, само общество на это закрывает глаза», - утверждает эксперт.

Если на робы тратятся раз в год, питаются заключенные «передачками» родственников и получают минимальное лечение, то куда в итоге уходят эти 30 с лишним миллиардов?

«Вряд ли можно утверждать, что они оседают у них (руководства исправительных учреждений - Azattyq Rýhy). Это будет обвинением в коррупционном правонарушении. Не могу сказать, пока человека не осудили. Но, возможно, руководство получает взятки за особенные камеры от самих заключенных. В СМИ нередко говорят о том, что есть привилегированное содержание определенных заключенных. С телевизорами, еще что-то», - рассказывает юрист.  

Мы доподлинно не знаем, как живут за решеткой заключенные. Но уже давно известно, что в тюрьмах есть вип-камеры, для некоторых сидельцев, бывает, создают царские условия. СМИ, например, в 2017 году писали об особых условиях содержания столичного бизнесмена Кайрата Жамалиева.   

Есть ли жизнь после тюрьмы?

Серик Айтбаев говорит, что многомиллиардные расходы связаны с огромным числом осужденных.

«У нас нет частных тюрем и поэтому государство выделяет такие деньги из бюджета. У нас очень много осужденных людей и с каждым разом общественность требует, чтобы наказание ужесточили. Вот сейчас опять хотят за кражу ужесточить наказание, чтобы перевести в раздел более тяжких преступлений. Но на самом деле увеличение осужденного населения никуда не приводит», - рассказывает спикер.

А на число зэков напрямую влияет количество статей в Уголовном кодексе, говорит юрист.

«Даже вот эти оскорбление, клевета. Сейчас хотят декриминализовать 130 статью. Многие против декриминализации даже таких простых статей. Люди говорят: «Пусть будет судимость». Люди хотят друг друга осудить, не знаю зачем», - недоумевает эксперт.

Основная часть сидельцев находятся на нарах за кражи, мошенничество, разбои, рассказывает Серик Айтбаев. В среднем сидят от 3 до 5 лет. В МВД также сообщили, что в 2019 году досрочно освободились более 2 тысяч осужденных.

По УДО освобождает суд. Юрист говорит, что, по статистике, таким образом выходит на свободу один из десяти заключенных.

Но многие из отсидевших очень быстро возвращаются на преступную тропу.

«Часто бывают такие рецидивы. Ко мне вот пришел недавно клиент в третий раз. Два раза за кражу сидел, третий раз то же самое. Все начинают заниматься незаконной деятельностью в виде краж, мошенничеств и снова попадают в тюрьму. Замкнутый круг у них получается», - говорит Серик Айтбаев.

Причина банальная – никто не берет на работу человека с криминальным прошлым. Около 80% бывших зэков не могут трудоустроиться. Все работодатели сейчас требуют справку об отсутствии судимости. Как только видят судимость, никто не берет на работу даже самую грязную, говорит спикер.

«Их даже курьерами не берут. Вот у меня был один осужденный, работал курьером, доставлял еду. Так вот, его узнала одна из клиенток, позвонила в эту компанию, и его на следующий день уволили. Их даже таксистами, курьерами не берут, их общество выталкивает. И при этом люди требуют, чтобы ужесточили наказание в действующем Уголовном кодексе», - продолжает спикер.

В самих исправительных учреждениях работают небольшие, если можно так сказать, предприятия и цехи. Всего 233 субъекта предпринимательства, сообщили в МВД. На них трудятся 11 тысяч 64 заключенных. В основном изготавливают строительные материалы, металлические изделия, пластиковые окна, товары народного потребления, занимаются деревообработкой, пошивом швейных изделий. За это даже получают зарплату. Правда, небольшую – всего около 30 тысяч тенге в месяц.

С такой зарплатой заключенные не могут накопить себе денег даже на первое время после освобождения. Поэтому не удивительно, что они вновь совершают преступления. Вышедшему на свободу человеку уже через несколько дней становится элементарно нечего есть.

А трудоустраивают сидельцев в добровольно-принудительном порядке, говорит эксперт. Никого особо не привлекает такая мизерная сумма.

А бюджет, по мнению эксперта, можно сэкономить лишь гуманизацией.

«Нужно быть более гуманным к заключенным. Надо трудоустраивать их после освобождения. Какие-то курсы, гранты организовывать. Потому что многие люди заканчивают школы и не могут поступить в университеты. Остаются без образования и потом никуда не могут устроиться. И все, вступают на преступный путь», - заключил юрист по уголовным делам Серик Айтбаев.

Ромина МАКАРИМОВА

Вам будет интересно
Брошенного матерью на остановке в Павлодаре годовалого ребенка забрала бабушка
Синоптики объявили штормовое предупреждение в шести областях Казахстана
Отдых в сауне в Алматинской области: судью освободили от должности