Срочная новость«Еле дышат»: о состоянии больных коронавирусом рассказали медики Нур-Султана

Распродажа госкомпаний. Правительство избавляется от советского прошлого?

Azattyq Rýhy

На торги выставят два крупнейших завода – «Мунаймаш» и «Петропавловский завод тяжелого машиностроения» 

Очередные государственные компании собираются выставить на продажу. Это огромные заводы, работающие еще с советских времен – «Мунаймаш», ПЗТМ, и еще несколько «дочек» «КазМунайГаза» – «КМГ-Сервис», «КМГ инжиниринг», «КМГ-Security», «Семсер-Өрт сөндіруші». В данном материале речь пойдет о двух главнейших объектах из этого списка – гремевших в советские времена заводах. Именно их судьба больше всего волнует казахстанцев. Люди переживают, что государство продаст их, как некоторые другие сокровища нации за копейки. Волнуются, что часть работников останется без заработка, что на месте некогда масштабных предприятий вырастут очередные торговые центры или жилые многоэтажки. Насколько все это вероятно и что получит государство от этой масштабной распродажи, разбирался корреспондент Azattyq Rýhy.

Итак, на витрине «Мунаймаш». Это одно из старейших предприятий Северо-Казахстанской области. Его образовали в 1941 году на базе эвакуированного из Таганрога завода «Красный гидропресс».

Целых полвека – с 1941 по 1991 год завод развивал металлообрабатывающее и сборочное производство: выпускал продукцию для фронта, детали и узлы для сельскохозяйственных машин, приборы для нефтехимии, часовые механизмы, радиоприборы и прочее. А затем начал специализироваться на выпуске оборудования для добычи нефти и газа.

Обычно на приватизацию отдают убыточные компании. Но глядя на ежегодные суммы, которые компания перечисляет в бюджет, не сказать, что она терпит серьезные потери.

ПЗТМ – тоже одно из крупнейших машиностроительных предприятий нашей страны. В советские годы здесь трудились больше 10 тысяч человек, а сейчас 750 сотрудников.

С 1960-ых годов здесь выпускали ракеты и их составные части – корпуса двигателей первой и второй ступеней баллистической ракеты комплекса «Темп-С», ракеты комплекса «Точка» и «Точка-У», реактивные противолодочные гравитационные снаряды комплекса «Ливень», исследовательские и метеорологические ракеты.

Сейчас на заводе производят оборудование для нефтедобычи, химической промышленности, энергетики и многое другое. Несмотря на то, что у предприятия есть некоторые проблемы с заказами, налоговые отчисления, а вместе с ними и прибыль падают не столь резко.

Уже в марте с завода снимут режим секретности, а в июне выставят на торги. Та же участь ждет и «Мунаймаш». В апреле предприятие ждет оценка, а в июне – аукцион.

Пойти на такой шаг правительство вынудило несколько причин, говорят эксперты. Во-первых, не лучшее финансовое положение компаний. Во-вторых, чиновники в поисках денег. Аналитики считают, что причина кроется в том, что казна пустеет, а бюджету нужны деньги. 

«Государство не всегда хороший управленец, знаю это точно, потому как работал в госсекторе. Обычно, когда государство у руля, компании полуубыточные и неэффективные. Расходы часто завышают, коррупция часто присутствует. А раз прибыли нет, зачем компании содержать? За счет приватизации, возможно, сейчас хотят дыры в бюджетах залатать и снять с себя таким образом ответственность», – предположил экономист Арман Байганов.

Аналитики считают, что с неконкурентоспособными предприятиями следует поступать именно так. Зачем постоянно вкладывать бюджетные миллионы в неэффективные заводы, задаются они вопросом. От постоянных инвестиций компании не станут более конкурентоспособными.

«Я плачу свои налоги, из них кому-то просто так будут платить зарплату, субсидии – так не должно быть. Это законы рынка – если ты не можешь создавать конкурентоспособную продукцию, ты должен обанкротиться и уйти с рынка. Если покупатель этих предприятий на их месте построит торговый центр – пускай. Самое главное – чтобы государство не держало у себя неэффективный бизнес и не тратило бюджетные деньги на их поддержание. Вот в этом ключевой смысл приватизации», – считает экономист Мурат Темирханов.

Торговый центр, ресторан, гостиница или жилой дом. Все что угодно может появиться на месте бывшего предприятия по желанию покупателя. Конечно, он может попробовать поднять производство, но не факт, что убыточные компании можно будет «раскрутить».

«Будут ли покупатели дальше развивать производство – это зависит от них самих. Нельзя их заставить продолжать дело. Это частный бизнес. Если будет невыгодно развивать предприятие, он либо обанкротится, либо придется продать, перепрофилировать.

А если примет решение продолжать дело, то однозначно инвестор сократит расходы, раздутый штат, оптимизирует бизнес-процессы. Определенная часть людей, конечно, может пострадать. Без работы, возможно, останутся, когда начнется оптимизация. Социальную часть это затронет обязательно», – прогнозирует Арман Байганов.

А стенания о советском промышленном наследии, говорят наши собеседники, казахстанцам пора прекратить. Масштабы заводов, их история и опыт сейчас не имеют значения. Единственно важное – конкурентоспособность. Сознательно советские люди еще не перешли от социализма к рыночной экономике, потому и реагируют так болезненно на подобные продажи.

«У людей ностальгия. Говорят, мол, у нас до развала промышленность занимала 40% экономики, а сейчас все загубили. У нас действительно все это было. Но надо понимать, что как только начались рыночные отношения, оказалось, что себестоимость нашей продукции гораздо выше западных аналогов. Мы обнаружили, что вся старая советская индустриализация очень неэффективная.

Государство не должно заниматься бизнесом. Коммерческая деятельность не для государства, у него совсем другие функции. Когда государство занимается бизнесом, мы все знаем итог – оно выступает неэффективным собственником. Поэтому нельзя быть наполовину в социализме, наполовину в рыночной экономике. Государство 100% должно уходить из бизнеса. Это будет лишь на пользу компаниям», – утверждает экономист Мурат Темирханов.

Единственное, за что аналитики опасаются, так это за нечестную продажу. Основная проблема приватизации, по их словам, кроется в заниженных ценах.

«Нужно, чтобы действительно по рыночной цене оценили компании. Люди не беспочвенно опасаются, что компании продадут за бесценок. Мы знаем много примеров, когда дешево продают, а потом покупатели перепродают их по завышенным ценам. В этом основная проблема. В коррупционной составляющей», – заключил экономист Арман Байганов.

В заключение сам собой возник вопрос: если государство у нас уже давно числится как самый крупный участник экономики страны, то кто будет покупать предприятия? Проще говоря, у кого хватит на это денег? Вопрос, разумеется, риторический.

Жан МУРЗА

Вам будет интересно
Что/Кто мешает Казахстану ввести материнский капитал?
«Череп в витрине – позор нации»: политологи о возвращении головы Кенесары хана
«Изначально NCOC признал ущерб Каспию, но потом удалил его из документа»: эксперты намерены судиться с нефтяниками