СрочноШкольник покончил с собой в Аксае

Учителя – рабы ситуации? Честное интервью о том, каково это – быть педагогом сегодня

Сейтказин Ардак

Изменились ли преподавательские будни с принятием закона «О статусе педагога», узнаем из первых уст

Фото Асета Кундакбаева

Прошло почти два года с момента, когда в стране приняли, казалось, столь важный и нужный, а по сообщениям чиновников едва ли не беспрецедентный документ – закон «О статусе педагога», который наконец-то поднимет авторитет учителя и освободит его от лишней нагрузки, бумажной волокиты. Случилось ли чудо или учителей по-прежнему принуждают чуть ли не к рабскому труду? Чем сейчас заняты преподаватели – обучением или выживанием? В профессиональный праздник учителей корреспондент Azattyq Rýhy провел откровенное интервью с педагогом с 26-летним стажем, общественным активистом Даной Рау.

– Расскажите, какова сейчас реальная картина педагогической деятельности? Как далось онлайн-обучение учителям?

– Перевод всей системы образования на дистанционный формат, конечно, был неожиданным и, надо признать, что большинство учителей не было готово к переходу на цифровой формат обучения. Но тем не менее, я считаю, что огромная армия учителей обеспечила бесперебойное завершение учебного года и смогла с достоинством завершить итоговые процессы учебного года – выставление оценок, подведение итогов, подготовка детей к сдаче ЕНТ, хоть учителя и не ответственны за результаты теста.

Во-вторых, дистанционное обучение позволило учителям повысить свою квалификацию по части цифровой грамотности, вооружиться новыми методами обучения. Я знаю очень много своих коллег, которые днями и ночами списывались, созванивались, сидели за компьютерами, тестировали платформы, где проводили с детьми уроки, тестировали Whatsapp-чаты.

Тяжелее всего пришлось учителям в той местности, где очень слабый интернет, где не хватало цифровой техники. Им приходилось самим развозить задания ученикам. Но тем не менее, я считаю, что учителя выстояли.

– Чем реально помог и в чем оказался бессилен закон «О статусе педагога»?

– Я сама пытаюсь это анализировать. Любая малейшая жалоба со стороны учителя всегда вынуждает возвращаться к этому закону и искать – какой из пунктов в законе не работает. Мне в последнее время приходится очень много работать с нормативными документами. Закон сам по себе гарантирует какие-то социальные преференции, наделяет правами и обязанностями. Такие положительные моменты есть.

Но в каких случаях не работает закон? Когда принимаются нормативно-правовые акты, такие как положение, правила, регулирующие повседневный учебно-воспитательный процесс. Вот здесь вдруг начинает переставать работать этот закон. Почему? Хоть закон и принят на государственном уровне и там прописано то, что учителя не должны привлекаться к несвойственной им работе, что закон защищает учителя от бумаготворчества, бюрократии, но вдруг оказывается, что это все не работает на местах. Почему? Потому что МОН не может регулировать абсолютно все, все эти процессы связаны с общественными отношениями, экономическими, политическими, социальными, культурными. То есть все органы государственной власти должны регулировать работу любого нормативного акта, закона.

Почему это необходимо? Да потому что финансирование, материально-техническая база школ зависит от местного исполнительного органа – акимата. А он старается задействовать учителей, например, в работах по благоустройству города. Они же привлекают учителей для работ по сбору информации и так далее.

Но я всегда говорю так: для благоустройства территории школы нужно участвовать и педагогам, и ученикам, потому что это школьный двор. Но когда привлекают для уборки огромных километров улиц учителей с детьми, ущемляются не только права учителей, но и учеников. При этом попираются требования по обеспечению техники безопасности. Вот и пожалуйста – прямое нарушение закона о статусе.

– Выходит, закон работает исключительно на бумаге, раз учителей по-прежнему к чему-то принуждают? Вот свежие примеры этого года – в Туркестанской области педагогов заставили чистить поле для гольфа в курортной зоне, в Атырау педагогов заставили доделывать ремонт в школе, точно так же было в СКО, во всех регионах их принуждали собирать данные о вакцинации, а теперь – о переписи населения.

– Это все нарушение закона, потому что в нем как раз-таки расписано, что учителя не должны привлекаться к таким работам. Но я хочу вот что сказать: когда учителей отправили убирать поле для гольфа, неужели они не смогли отказаться? Неужели они чувствуют себя настолько слабыми, что не смогли сказать «нет»?

Еще хочу заметить, что в Туркестанской области очень сильно развита коррупция, когда учителя устраиваются на работу в школу за определенную мзду. Теперь эти учителя, слабые в своей профессиональной педагогической компетенции, не противостоят вот этим требованиям участвовать в уборке. Из-за них страдают те учителя, которые устроились на работу своим умом – их в меньшинстве. Поэтому они и не могут противостоять. Таких случаев очень много.

И я всегда говорю: в первую очередь научитесь противостоять сами, тогда вам можно будет помочь. При этом не бояться и не идти на попятную. Если совсем боитесь, надо нанимать адвокатов, потому что закон должен работать. Заставить работать закон может только сам гражданин. А учитель – тот же гражданин. Если этот учитель – раб ситуации, то как он может научить, воспитать свободного гражданина? Ведь действительно так, если учитель сам в правовом отношении безграмотный и не может себя защитить, как он научит ребенка защищаться в социальной среде? Если каждый гражданин, будь то учитель, врач и так далее, не начнет защищать себя, призывая к исполнению того или иного закона, мы не сможем этого добиться. Пока каждый учитель сам не заставит своего работодателя – директора школы – выполнять этот закон, директор будет попирать эти права до тех пор, пока учитель не станет безропотно выполнять указания.

– Добровольно-принудительные сборы с учителей прекратились? Педагоги часто тратили собственные деньги на разные канцтовары, их заставляли покупать билеты на концерты, подписываться на газеты.

– В принципе, последние полтора года с этим карантином особо-то концертов не было. А подписываться на газеты заставляют. 

– Можно ли поднять статус педагога одним только законом?    

– Когда этот закон обсуждался, все мое нутро восстало против, потому что нельзя законом заставить уважать человека. Нельзя же законом о балетных танцах заставить людей уважать балерину, если она плохо танцует, врача, если он не может тебе поставить диагноз. И точно так же нельзя заставить уважать педагога законом.

Я до сих пор против закона этого, но раз закон приняли, естественно, приходится подчиняться этому закону. Мне будет стыдно ссылаться на закон «О статусе педагога», защищая свои права. Мои права должно защищать государство, которое регулирует все административным кодексом, гражданским, налоговым и так далее. Я должна пользоваться этими законами, а не злоупотреблять своим статусом, говорить: «Я педагог, уважайте меня». Мне будет стыдно.

– Благодарю Вас за содержательную беседу.

Вам будет интересно
Удастся ли Казахстану пробурить самую глубокую нефтяную скважину в мире?
Сотрудница хосписа – о причинах изучения казахского: Я хочу говорить с пациентами на одном языке
Кому принадлежат казахстанские нефтеперерабатывающие заводы?