Срочная новость54 казахстанца скончались от коронавируса за неделю

Отпечатки казахстанцев: отложенный метод тотальной слежки

Azattyq Rýhy

К обязательной дактилоскопии не готовы ни базы данных, ни сами казахстанцы

Фото Асета Кундакбаева; tekno50.com

Новость о том, что с января 2021 года все казахстанцы должны будут в обязательном порядке сдавать свои отпечатки пальцев правоохранительным органам, взбудоражила всех. В Министерстве внутренних дел поспешили опровергнуть эти сведения, сказав, что сроки дактилоскопии переносятся. Однако мы решили узнать, на самом ли деле нужна нам реализация этого метода безопасности граждан (пусть и отложенная), насколько защищены государственные базы данных от хакерских атак, взломов и утечек информации и вообще, гарантировано ли, что наши отпечатки вдруг случайно не окажутся на месте какого-нибудь преступления, совершенного другими лицами? Корреспондент Azattyq Rýhy поговорил об этом с ассистент-профессором Международного университета информационных технологий, директором Общественного объединения Internet Society Kazakhstan Талгатом Нурлыбаевым.

Вообще, разговоры о дактилоскопии в стране тянутся еще с 2012 года. В итоге они закончились тем, что в декабре 2016 года в Казахстане приняли закон «О дактилоскопической и геномной регистрации», который по идее должны ввести в действие с 1 января 2021 года.

По этому закону все казахстанцы, начиная от 16 лет, а также иностранцы, проживающие в стране, обязаны сдавать отпечатки пальцев. А подростки с 12 лет – только с согласия родителей или опекуна. В дальнейшем эти следы планировали хранить в государственной базе данных. За отказ грозит штраф в размере 2 МРП или 5.5 тысяч тенге. Здесь неясен еще один момент: выходит, можно уплатить штраф и не проходить процедуру?

Как утверждают правоохранители, дактилоскопия направлена в первую очередь на повышение раскрываемости преступлений в стране. Мол, опыт других стран показал, что благодаря таким механизмам найти преступника намного легче, либо идентифицировать личность погибшего или потерявшего память человека. Именно это прописано на портале электронного правительства:

«Актуальность дактилоскопии аргументирована, прежде всего, вопросами безопасности. Кроме того, в жизни возникает немало ситуаций (пожары и авиакатастрофы с многочисленными жертвами в разном состоянии, обнаружение неопознанных трупов, биологических следов с мест нераскрытых преступлений, исчезновение людей без вести), когда невозможно установить или подтвердить личность человека. Наличие дактилоскопической и геномной информации в соответствующих базах данных позволит идентифицировать жертв, а также сократить списки без вести пропавших и неопознанных трупов», – обозначено на странице eGov с заголовком «Что надо знать о дактилоскопической и геномной регистрации граждан».

Кстати, геномная регистрация, или, иначе говоря, анализы ДНК касаются лишь отдельных категорий людей – это осужденные, неопознанные трупы и родственники без вести пропавших. Процесс ограничится отбором слюны с внутренней стороны щек. Полученные анализы государство будет хранить 25 лет с момента сбора.

Однако казахстанцев сейчас волнует другое – люди переживают за сохранность личных данных. О том, возможны ли утечки, насколько государственные базы данных защищены и нужна ли нам вообще массовая дактилоскопия, рассказал ассистент-профессор Международного университета информационных технологий, директором Общественного объединения «Internet Society Kazakhstan» Талгат Нурлыбаев.

– Талгат Абдурахманович, позвольте узнать ваше мнение о всеобщей дактилоскопии. Как вы думаете, сбор отпечатков – это вынужденная мера обеспечения безопасности или очередной способ контролировать население?

– Мне кажется, что это просто общая тенденция не только в Казахстане, но в нашей стране особенно, конечно. Правительства стран хотят усилить контроль над населением и это одна из мер. Мы берем пример с Китая, где идет повсеместная слежка – везде висят видеокамеры, система распознавания лиц и так далее, я думаю, у них и дактилоскопия давно внедрена. Я думаю, что это неправильно. Это ведь относится к сфере приватности. Я понимаю, есть люди, которые служат в правоохранительных органах, военные – им по роду деятельности это необходимо. Но там человек принимает добровольное решение – раз пошел на эту работу, значит необходимо сдать отпечатки пальцев. И это оправданно, так как там больше риска, в случае непредвиденных ситуаций этого человека можно как-то идентифицировать, опознать по отпечаткам.

А для простых граждан – это излишне. Это очередное покушение на приватность, на частную жизнь человека и то, что наши отпечатки пальцев будут где-то храниться, я считаю это неправильным.

Хотя с другой стороны многие казахстанцы, которые ездили в западные страны, в посольствах сдают отпечатки пальцев. Их отпечатки хранятся в базах данных западных стран. Но опять же – это тоже добровольно. Если человек собрался ехать, он понимает, что придется пройти через это. У нас же не будет никакой добровольности.

Я думаю, как всегда у нас будет неразбериха, наш типичный, казахстанский бардак. Опять же коррупционные риски есть, что данные будут куда-то утекать. Вполне возможно, что будут различные фейки.

На хакерских конференциях были случаи. К примеру, мобильные телефоны и планшеты сейчас оснащены датчиком отпечатка пальцев и на этих хакерских конференциях уже давно демонстрируют, как можно отпечаток пальцев снять, допустим, со стакана или с другой поверхности. Даже в Youtube можно посмотреть все эти ролики. Это вообще не сложно, не требует никаких затрат, допустим, сделать на скотч отпечаток и разблокировать телефон. Когда у нас будут цифровые данные, которые легко могут утечь, фальсификация, я думаю, станет еще более простой и приведет к различным новым видам преступлений в цифровом мире. То есть, повысит наши риски, ничего не давая взамен.

Хочется в связи с этим напомнить: наши правоохранительные органы под благовидным предлогом защиты населения или усиления безопасности хотят установить контроль над всеми. Вспоминаются здесь слова одного из основателей США, который сказал: «Если кто-то выбирает безопасность между свободой и безопасностью, он теряет и то, и другое». Непонятно, каким образом от этой дактилоскопии безопасность казахстанских граждан будет возрастать. Итог здесь один – усиливается контроль над людьми, появятся риски, что конфиденциальная информация будет утекать из этих источников, что было уже неоднократно. Конечно, это шаг не в правильном направлении, на мой взгляд.

– Насколько государственные базы данных готовы к новшеству, насколько они защищены?

– Пока таких громких случаев взлома не было.

Но они не очень-то защищены, потому что всем известно, что те же базы данных на недвижимость – квартиры, автомобили продаются сейчас в Интернете, раньше продавались на CD-дисках.

Сейчас технологии продвинулись вперед и даже если в сети поискать, то можно спокойно их найти. Особенно если использовать даркнет так называемый. Можно много информации найти о казахстанцах. То, что появится еще одна возможность утечки данных – это повышает риски, конечно.

Это еще одно направление на то, чтобы приватности стало меньше. И это, конечно, не может не настораживать. Лично я считаю, что это неправильно.

– Отпечатки пальцев будем оставлять на цифровых устройствах?

– Да, я думаю, отпечатки будем оставлять на устройствах, сейчас все это есть, эти устройства. В принципе, есть на многих современных телефонах. Эта технология легко реализуемая, она не дорогая. Если всеобщая дактилоскопия будет внедряться, то, я думаю, будут какие-то новые возможности злоупотребления этими данными.

– По первоначальным подсчетам, внедрение дактилоскопической регистрации обойдется в кругленькую сумму – 37 миллиардов тенге. Это адекватная стоимость, как думаете?

– Трудно сказать. У нас все государственные проекты без исключения похожи друг на друга. А в них, конечно, есть коррупционная составляющая. Если даже проект примут, то какая-то компания, близкая к тем или иным сильным мира сего, выиграет тендер. Или может даже без тендера. Последствия понятны, конечно. Это дополнительный коррупционный риск создания этой системы.

– Камеры с системой распознавания лиц, которые тоже хотят установить в Казахстане для борьбы с терроризмом – это из той же оперы?  

– Мое отношение к системе распознавания лиц негативное, потому что это задевает право на частную жизнь. И снова тут возвращаемся к Китаю. Скорее всего, в этой системе будем брать китайские инструменты. Там используются системы машинного обучения. И по изображению можно определить человека, даже если оно нечеткое. Идентифицировать человека можно даже по движениям. Есть различные методы.

Здесь также: учитывая, что наши правоохранительные органы допускают всякие утечки, использование этих чувствительных данных может быть в каких-то других целях.

Эти данные могут использоваться не для охраны правопорядка, а для каких-то незаконных целей, учитывая высокий уровень коррупции в правоохранительных органах.

К сожалению, реальность такова. Борьба с терроризмом у нас зачастую превращается в борьбу с инакомыслием. Систему можно, например, использовать на митингах, составлении списка неблагонадежных людей. В Китае, например, даже составляют рейтинг. Если у человека невысокий рейтинг по наблюдениям, допустим, он оказался рядом с оппозиционным митингом, то сразу рейтинг понижается и его нельзя вернуть. Хотя этот человек мог совершенно случайно там оказаться. У человека сразу снижается общественный статус, могут возникнуть проблемы с получением каких-то услуг государственных, продвижением на работе, по службе. Такие негативные последствия возможны. И это никаким законами не регулируется. Поэтому мое отношение негативное.

Получается, просто система всеобъемлющей слежки за населением. Учитывая возможности современных технологий, это можно поставить на поток в автоматическом режиме и собирать всякие приватные данные о людях. К сожалению, реальность наша такова, что это может быть использовано в незаконных целях.

– Благодарю Вас за беседу.

Ромина МАКАРИМОВА

Вам будет интересно
Устрашение не дает результатов: как ведут борьбу с коррупцией в Павлодарской области
Русские борются за выживание, нам не до казахских земель – Максим Шевченко
«НОД хочет устроить казахстанский майдан»: раскрыты истинные цели российских агентов