Теперь он добивается справедливости через суд
Житель Актау Юрий Житников заявил, что после перевода жилищной очереди в новую электронную систему исчезли сведения о его 15-летнем ожидании государственного жилья. При этом городской акимат подтверждает, что мужчина был поставлен на учет как ребенок-сирота еще в 2011 году, тогда как в АО «Отбасы банк» сообщили об отсутствии информации о немь, передает Azattyq Rýhy со ссылкой на Lada.kz.
История началась после смерти матери в 2011 году. Тогда бабушка оформила опеку над Юрием и его младшей сестрой и поставила обоих детей в очередь на получение жилья по категории детей-сирот.
Весной этого года сестре Юрия позвонили из акимата и сообщили, что она может подать документы на получение арендного жилья с правом последующей приватизации. Однако, когда мужчина решил проверить свою очередь, выяснилось, что его фамилии в системе нет.
«Мы стояли в очереди вместе. Когда сестру пригласили получать квартиру, оказалось, что меня просто нигде нет», - рассказал Юрий.
После обращения в городской отдел жилищно-коммунального хозяйства Актау мужчине официально подтвердили, что он действительно был поставлен в очередь 9 июня 2011 года вместе с сестрой.
Однако в АО «Отбасы банк», которому с 2025 года переданы функции ведения жилищной очереди, сообщили, что при переносе данных в новую систему сведения о Юрии отсутствуют. В банке рекомендовали обратиться в акимат для выяснения причин исчезновения информации либо защищать свои права в судебном порядке.
Повторное обращение в акимат ситуацию не изменило. Чиновники вновь подтвердили, что мужчина состоял в очереди как ребенок-сирота, однако для восстановления своего права посоветовали обращаться уже в суд.
В результате сложилась парадоксальная ситуация: один государственный орган подтверждает существование очереди, а другой утверждает, что сведений о человеке в системе нет.
Юрию Житникову 27 лет. Он женат, воспитывает двоих маленьких детей и живет с семьей в съемном жилье. Кроме того, у мужчины диагностирована нейросенсорная тугоухость III степени. По его словам, заболевание прогрессирует, и в случае дальнейшего ухудшения слуха ему может быть установлена инвалидность.