Аналитика эксперта позволила детально разобрать экономические, технологические и внешнеполитические аспекты, о которых говорил президент
Интервью президента Касым-Жомарта Токаева газете Turkistan в 2025 году стало одним из тех диалогов, которые важны не громкими заголовками, а точной фиксацией момента. Как отмечают аналитики и эксперты, в нем нет обещаний легкого пути, но есть попытка честно объяснить: где сегодня находится Казахстан и какие требования к стране предъявляет следующий этап развития. Azattyq Rýhy поговорил с руководителем отдела азиатских исследований Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК Айдаром Курмашевым, чтобы разобрать ключевые смыслы интервью и понять, какие сигналы глава государства адресовал обществу и международным партнерам.
Как отметил Айдар Курмашев, интервью было сфокусировано на разъяснении позиции: где сейчас находится Казахстан и куда мы идем.
«Главный смысл, на мой взгляд, очень понятный - страна входит в новый этап модернизации, более сложный и более требовательный, где важны дисциплина, эффективность и способность выдерживать давление внешнего мира», - заверил эксперт.
По его словам, экономическая часть интервью запомнилась именно своей прямотой.
«Президент отметил, что рост сам по себе не решает проблему, особенно если инфляция этот рост съедает, а у людей не возникает ощущения, что стало реально легче жить. И мне кажется, это важная честная постановка вопроса», - отметил эксперт.
Фактически Токаев приводит два понятия - «хорошая статистика» и «качество жизни». И признает: между ними пока есть разрыв.
В интервью прозвучал термин «ловушка средних доходов». Мы поинтересовались у эксперта, почему он так важен именно сейчас.
«Потому что это ровно то состояние, в котором находится Казахстан. Экономика вроде бы растет, но внутри сохраняются перекосы. Кредиты дорогие, бизнесу сложно масштабироваться, инвестиции не всегда доходят до реального сектора», - резюмировал собеседник.
«Ловушка средних доходов» - это момент, когда страна уже не бедная, но еще не стала экономикой с высокой добавленной стоимостью. И президент прямо говорит: выбраться из нее можно только через модернизацию экономики и изменение правил игры, а не через точечные меры.
Айдар Курмашев отметил, что еще один важный акцент делается на цифровизации и искусственном интеллекте.
«Это вопрос будущего страны и вопрос конкурентоспособности в технологическую эпоху. Потому что сегодня мир реально делится на страны, которые успевают встроиться в новую экономику, и страны, которые начинают отставать навсегда. И чтобы не остаться в числе отставших Казахстан внедряет закон об ИИ, создает институты, покупает суперкомпьютеры, ведет подготовку кадров», - отметил Курмашев.
И принципиально важно, что президент связывает технологическую повестку с энергетикой и инфраструктурой. Это признание простой вещи: без устойчивых сетей, данных и специалистов никакой ИИ не заработает.
Во внешнеполитическом блоке интервью президент использует формулировку, которую эксперт считает принципиальной: Казахстан сегодня востребован как субъект международного права. Это означает, что страна воспринимается как предсказуемый и конструктивный партнер, способный вести диалог в условиях глобальной нестабильности.
«Я как международник в большей степени был сфокусирован на внешнеполитическом блоке. Здесь важным месседжем думаю служит, то, что Казахстан сегодня востребован как субъект международного права. Это сильная формула. Она означает, что страна воспринимается как государство, мнение которого учитывают, потому что оно предсказуемо, конструктивно и умеет вести диалог. Особенно мне кажется важным, что президент снимает тему посредничества. Потому что публичное посредничество - это всегда риски, это ожидания, это втягивание. И вот здесь, как раз хорошо видно, чем Казахстан может укреплять свои позиции. Это развитие Среднего коридора, инвестиции в инфраструктуру и цифровую экосистему.
Как подчеркнул спикер, в интервью отдельно упоминаются редкоземельные металлы и партнерства с США, Китаем, Россией, Японией, Кореей, ЕС. По словам Айдара Курмашева, это и есть внешняя политика XXI века. Борьба сфокусирована именно на цепочки добавленной стоимости и доступ к критическим материалам.
«Казахстан хочет быть частью этих цепочек как поставщик и как партнер. Мир становится фрагментированным, деглобализация усиливается, цепочки поставок нестабильны, санкционные режимы создают косвенные риски даже для тех, кто не является их участником», - проанализировал эксперт.
Айдар Курмашев отметил, говоря о будущем, президент сознательно уходит от ожиданий «года Х», после которого все должно резко измениться. Эксперт подчеркивает: в интервью четко проводится мысль о том, что 2030 год - это не точка чуда, а отражение конкретных решений, принимаемых уже сегодня.
«На самом деле будущее, оно условное. Оно каждый год собирается из конкретных решений: что делает государственный аппарат, насколько честно и профессионально работает система управления, насколько бизнес реально инвестирует и перестает жить только краткосрочной выгодой, насколько сами граждане готовы учиться, адаптироваться, работать и требовать качества. Поэтому 2030 год - это зеркало того, что мы сделаем в 2026-2029 годах. Если реформы доводить до результата, вкладываться в инфраструктуру, в кадры, в технологии, в дисциплину и порядок, тогда у Казахстана будет сильное и устойчивое будущее. А если мы будем просто ждать и надеяться, что ситуация сама улучшится, то, честно говоря, ничего принципиально не поменяется», - заключил спикер.