Казахстан развивает новые производства: эксперт оценил перспективы экономики

С 2019 по 2026 год в Казахстане реализовали 1 226 проектов на 8,7 трлн теңге и создали 106,8 тысячи постоянных рабочих мест. Независимый финансовый аналитик Андрей Чеботарев считает, что инвестиционная активность создает основу для диверсификации экономики, а ее долгосрочные результаты будут зависеть от устойчивости новых производств, передает Azattyq Rýhy.

По данным, приведенным экспертом, за восемь месяцев 2026 года инвестиции в основной капитал выросли на 17%, а реальный рост с поправкой на цены составил 8,1%.

Чеботарев отмечает, что переход от сырьевой зависимости к более диверсифицированной экономике требует времени. В качестве примеров он приводит Южную Корею, которая развивала высокотехнологичные отрасли более 30 лет, Малайзию, выстраивавшую несырьевую экономику поколениями, и ОАЭ, которые, несмотря на развитие других секторов, по-прежнему зависят от нефти.

«Признаюсь честно, что к таким красивым отчётам отношусь всегда настороженно, потому что видел бюджет и знаю сколько там на самом деле нефти и нефтяных доходов. И я точно знаю, что диверсификация никогда не бывает быстрой и простой. Нет ни одной страны в мире, которая слезла бы с сырьевой иглы за пятилетку без огромных шоков. Южная Корея шла от нищей аграрной страны к хайтеку больше тридцати лет», – написал Андрей Чеботарев в своем Telegram-канале.

По мнению политолога, реализованные проекты следует рассматривать как первые шаги на пути к структурным изменениям. Их значение определяется не только объемом вложенных средств, но и тем, смогут ли предприятия продолжить работу и развиваться в долгосрочной перспективе.

«1 226 проектов это первые шаги. И судить о них по принципу «вот сейчас построили завод, где же мгновенный расцвет» бессмысленно. Диверсификация измеряется не кварталами, а тем, что остаётся через десять и двадцать лет», – подчеркнул Чеботарев.

Частные инвестиции и спрос на продукцию

Одним из оснований для осторожного оптимизма эксперт называет вложения частного капитала в отрасли, важные для диверсификации. По его оценке, инвестиции могут свидетельствовать о том, что у продукции есть потенциальные покупатели, а у бизнеса – стимул развивать производство.

«Почему я с смотрю на эти цифры с осторожным, но оптимизмом? Потому что в них виден правильный механизм. В отрасли важные для диверсификации идут настоящие инвестиции, частные деньги, которыми кто-то рискует всерьёз. Это значит, что спрос на продукцию уже сформировался», – сказал политолог.

В качестве примеров Чеботарев приводит производство строительных материалов и пищевую промышленность. По указанным им данным, в этих отраслях насчитывается 242 и 265 проектов соответственно. Интерес к строительным материалам он связывает с активностью на рынке недвижимости, а развитие пищевого производства – с наличием потребителей и рынка сбыта.

«Простой пример – если в стройматериалы зашло 242 проекта, значит в стране реально строят и материалы разбирают, что подтверждается темпами ввода объектов недвижимости в эксплуатацию. Если в пищевую промышленность 265, значит есть рынок сбыта и потребитель. Инвестиция это не причина развития, а его следствие. Деньги приходят туда, где спрос уже есть», – отметил Чеботарев.

Казахстану нужна собственная модель развития

Политолог считает, что при выборе экономической стратегии необходимо учитывать особенности Казахстана: большую территорию, население около 20 миллионов человек, значительную долю в экономике Центральной Азии и положение на сухопутном маршруте между Китаем и Европой. По его мнению, международный опыт может быть полезным ориентиром, но не готовой моделью для копирования.

«Можно ли повторить чей-то опыт? На 100% нет. Казахстан девятая страна мира по территории, а живёт нас всего около 20 млн. Мы занимаем около 70% экономики всей Центральной Азии и держим главный сухопутный мост между Китаем и Европой. Такого набора вводных нет больше ни у кого, поэтому и диверсификация у нас будет своя, не южнокорейская и не эмиратская», – заявил эксперт.

Чеботарев также выделяет два подхода к развитию промышленности. В административной модели сначала выбирают приоритетную отрасль, направляют в нее средства и строят предприятие, для которого затем ищут покупателей. Рыночная модель, напротив, предполагает, что производство развивается вслед за спросом и инвестиционными возможностями.

«Есть две модели развития. Административная модель спускает план, назначает отрасль, заливает деньгами и строит завод, под который потом ищут покупателя. Рыночная модель наоборот пляшет от спроса, который появляется первым, а завод приходит за ним следом, потому что инвестор увидел прибыль. Первая создаёт памятники освоенным бюджетам. Вторая создаёт живые производства, которые стоят сами», – отметил политолог.

Эксперт также связывает выбор модели развития с указом президента о либерализации. Название и дату документа в своем комментарии он не приводит.

Долгосрочный результат покажет устойчивость производств

По мнению Чеботарева, инвестиционная активность последних лет обозначила направление экономических изменений, в том числе движение в сторону переработки. При этом главным показателем результата станет способность новых предприятий закрепиться на рынке, продолжить работу и нарастить производство.

«Вместо выводов. Не ждите от диверсификации быстрых побед и не верьте тем, кто их обещает. Мы идём долгий путь, своим темпом, со своей уникальной стартовой позицией. Семь лет дали правильное направление, смещение в обработку это именно то, чего мы хотим. А настоящий результат будут считать не сейчас, а наши дети, когда посмотрят, сколько из этих производств дожило и выросло. Терпение здесь не слабость, а единственно возможная стратегия», – заключил Андрей Чеботарев.